Рожденные в суровые годы

Категория:
Металлургия в годы ВОВ


Рожденные в суровые годы

Промышленность по обработке цветных металлов перед войной формировалась в крупных центрах машиностроения и судостроения — в Ленинграде, Москве и Подмосковье.

В июле 1941 года, как отмечалось ранее, были эвакуированы ленинградские заводы по обработке цветных металлов, затем московские и в октябре – Кольчугинский завод имени Орджоникидзе. Не успевшие полностью перебазироваться ленинградские заводы осенью того же года оказались блокированными с суши, связь с Большой землей осуществлялась по Ладожскому озеру и по воздуху. Почти все основное оборудование этих заводов находилось в пути. Выпуск проката из цветных металлов значительно сократился.

Военная промышленность страны не могла длительное время оставаться без этой продукции. Особенно необходимы были радиаторные трубки для самолетов, которые выпускали только в Кольчугино на заводе имени Орджоникидзе.

В ноябре Наркомцветмет поставил перед работниками отрасли задачу — пустить в эксплуатацию Ревдинский завод по обработке цветных металлов, используя вывезенное из Кольчугино оборудование, и организовать производство тонкостенных трубок в декабре 1941 года. Чтобы сэкономить время, под производственные помещения отвели недостроенное паровозное депо, часть автомобильного гаража, половину чугунолитейного цеха и корпус ремонтно-механической базы на Среднеуральском медеплавильном заводе. Но этого было явно недостаточно, и сразу же началось сооружение новых корпусов. Строить их пришлось в суровых условиях уральской зимы, темпами военного времени, применяя упрощенные конструкции и имевшиеся на месте материалы.

К несчастью, задержалось поступление на завод эвакуированного оборудования. Необходимость обеспечения авиационных двигателей радиаторными трубками нарастала с каждым днем. В упорных боях под Москвой в результате повреждения радиаторов и бензомаслопро-водов выходило из строя немало самолетов и танков. А восстанавливать их боеспопобность мы не могли из-за отсутствия трубок.

14 ноября на уральской земле разгрузились первые эшелоны, прибывшие из Кольчугино. И почти сразу на заводе состоялось партийное собрание, на котором присутствовало около 50 человек, в их числе секретари Свердловского обкома партии В.М.Андрианов и Е.Н.Никольский, секретарь Ревдинского горкома ВКП J1.E. Лукич, я и начальник отдела Наркомата цветной металлургии С.М.Петров.

В тот день коммунисты единодушно решили, что каждый должен взять высокие обязательства и целиком отдать себя выполнению задачи стратегической важности. Довольно быстро было освоено производство плоской радиаторной трубки, а вот другой тип, миниатюрную, которую рабочие называли “соломкой”, никак не удавалось выпустить. Работа во многом усложнялась из-за неприспособленности и крайне слабой оснащенности производства оборудованием. В этой сложнейшей ситуации я не мог оставить участок, где решалась государственной значимости задача, и по существу выполнял обязанности начальника цеха. Партийной организацией завода руководил тогда первый секретарь Свердловского обкома ВКП В.М.Андрианов, обязанности мастера выполнял начальник Главцветметобработки А.М.Комаров.

Из-за нехватки рабочих все служащие и инженерно-технические работники заводоуправления — от руководителей отделов до рядовых инженеров — после окончания своего трудового дня должны были по 4 часа дополнительно работать на станках. Очень трудное было время. Начальники цехов и их заместители почти не выходили с завода, жили и спали в своих конторках, по 10—15 дней не бывали дома.

В середине ноября 1941 года на Ревдинском заводе начал действовать небольшой цех радиаторных трубок. Но поначалу мы никак не могли добиться нужного качества, отвечающего предъявляемым требованиям. Для получения трубной заготовки пришлось организовать сложную кооперацию нескольких заводов: Пышминского медеэлек-тролкгного, Верхне Салдинского завода черной металлургии и некоторых других. Нашли и срочно направили в Ревду оставшихся в Кольчу-гино квалифицированных рабочих цеха радиаторных трубок. Принятые организационные меры дали незамедлительные результаты. 5 декабря 1941 года коллектив завода облетела радостная весть — тонкостенные радиаторные трубки, столь необходимые фронту, пошли в массовое производство. Хорошая получилась трубка!

Как только начало налаживаться дело, на предприятиях развернулось горячее соревнование, каждый старался дать как можно больше продукции. Изнуренные недосыпанием и недоеданием рабочие добивались невиданных успехов. Лучшие работники постоянно перевыполняли сменные нормы выработки. Так, М.Н.Коростелева 15 декабря выполнила норму на 161%, 17 – на 187%, а 21 декабря – на 200%. В середине декабря целые смены стали справляться с заданием, затем весь цех выполнил суточный план на 102%. О результатах труда сообщали каждые два часа. Вывешивали “молнии”, призывавшие рабочих следовать примеру лучших.

Выпуск необходимых для фронта изделий нарастал изо дня в день. 29 декабря 1941 года мы доложили Государственному Комитету Обороны, что с заданием по выпуску радиаторных трубок коллектив Рев-динского завода справился полностью и досрочно. За образцовое выполнение заданий ГКО по выпуску продукции для нужд обороны 4 апреля 1942 года Ревдинский завод награжден орденом Трудового Красного Знамени. Одновременно орденами и медалями была награждена большая группа работников завода. Ордена Ленина удостоен мастер трубоволочильного цеха Г.М.Егоров; семь человек награждены орденом Трудового Красного Знамени, в том числе М.Н.Коростелева, мастера К.А. Абрамова, А.Г.Скотников, главный механик Ф.Г.Гуров и другие.

В битве за бесперебойную поставку продукции фронту активное участие приняли подростки в возрасте до 18 лет, составлявшие 37% всего коллектива завода. Никто из них не думал, что проявляет трудовой героизм, но каждый сознавал, что помогает ковать Победу, и был рад этому.

“Когда я пришла в цех № 4 в ночную смену, — вспоминает Серафима Манькова, — мне было так весело и радостно, что я — рабочий человек, что чем-то могу помочь фронту. Но помощницей я была, конечно, неважной. Как бы я ни старалась, а норму сделать никак не могла. Тогда я решила приходить на работу на час раньше. Норму кое-как стала выполнять. Хотелось делать еще больше, но ничего не получалось. От обиды слезы лились ручьем. Как же так, думала я, рядом со мной стоят рабочие и выполняют нормы, а у меня не получается. Сказывались, конечно, годы — мне в ту пору было тринадцать с половиной лет, а я думала, что такая же взрослая, как и все”.

Огромной важности политическую и организаторскую работу проводили на заводе агитаторы коммунисты Ефимов, Андреев, Рысев, Нагорская, Самсонова, Логиновских. Прямо у станков они рассказывали о фронтовых новостях, вывешивали плакаты, лозунги, готовили схемы… Тут же во время бесед рабочие брали повышенные обязательства.

Только за первое полугодие 1942 года на заводе было создано 27 фронтовых бригад. Имена руководителей этих коллективов — Гла-дущенко, Ногтева, Нифонтова, Шведова, Шафрая, Угрюмова, Суворова, Добродеева, Козиновой, Березниной и других — навечно занесены в заводскую книгу Почета.

До конца войны ревдинцы полностью удовлетворяли потребность оборонной промышленности в радиаторных трубках. В течение всех военных лет коллектив завода вводил в действие новые производственные мощности, совершенствовал технологию, улучшал качество продукции и образцово выполнял все поставки фронту и предприятиям авиационной и танковой промышленности.

В 1944 году здесь организовали производство более тонкостенных трубок, что имело особое значение для авиационной промышленности. Применение их способствовало повышению скорости и высоты полета боевых самолетов.

Успешная работа Ревдинского завода по обработке цветных металлов в годы войны высоко оценивалась Наркоматом цветной металлургии; по итогам социалистического соревнования коллективу 14 раз присуждалось первое место и знамя ГКО, неоднократно вручалось знамя Наркомата танковой промышленности и ВЦСПС, а также знамя Третьей Волновахской дивизии. За самоотверженный труд в годы Великой Отечественной войны коллективу Ревдинского завода было передано на вечное хранение Красное знамя ГКО.

Сознавая исключительную важность скорейшего возрождения и расширения промышленности по обработке цветных металлов в военное время, рабочие, инженеры и техники сумели построить новые заводы, мощность которых превысила довоенный уровень. Энтузиазм строителей и монтажников, в большинстве своем вчерашних литейщиков, прокатчиков, волочильщиков, был беспределен. Работы по сооружению предприятий велись круглосуточно. На строительные и монтажные площадки приходили люди, не имевшие до этого никакого отношения к строительству — домашние хозяйки, работники культуры, учащиеся. Лопатами, кирками, ломами они рыли котлованы, нередко вручную возводили помещения для предприятий, целыми сутками не покидали работу, забывая о сне, пище и отдыхе.

На базе вывезенного оборудования новые заводы поднимались на Урале и в Казахстане. В Каменск-Уральском, Орске, Балхаше, Верхней Салде вступавшие в эксплуатацию цехи размещали в помещениях складов, гаражей, паровозных депо, ремонтных мастерских и в недостроенных зданиях. Монтаж и наладку проводили в чрезвычайно сжатые сроки, несмотря на то что работа велась при тридцати-, сорокаградусных морозах.

Так, на Каменск-Уральском заводе по обработке цветных металлов в литейном цехе со времени начала строительных работ до пуска первой электроплавильной печи прошло лишь два месяца; десятиклетье-вой проволочно-прокатный стан был смонтирован и введен в действие за 50 дней! Через два с половиной месяца после достройки фольгопро-катного цеха и монтажа оборудования начался выпуск тончайшей алюминиевой фольги для конденсаторов.

Площадку для размещения Орского завода по обработке цветных металлов выбрали недалеко от комбината “Южуралникель”. Это ре шение было обосновано тем, что вблизи находился действующий железнодорожный узел, и комбинат мог выделить для нового завода некоторые производственные помещения. И хотя эти помещения не отвечали предъявляемым требованиям и возникали трудности с привязкой оборудования к действующим коммуникациям — иного выбора у прибывших сюда кольчугинцев не было: фронт нуждался в прокате.

Под первый прокатный цех отвели здание бывшего паровозного депо, под литейный и второй прокатный — складские помещения. Для укомплектования нового завода кадрами из Кольчугино прибыло 695 рабочих, инженеров, техников и служащих. Они явились костяком коллектива вновь организованного предприятия.

За короткий срок в суровое зимнее время, несмотря на некомплектное оборудование, отсутствие специалистов и недостаток инструмента, было смонтировано сто семьдесят пять единиц оборудования. Уже в начале февраля 1942 года во втором прокатном цехе установили нагревательную печь и две клети прокатного стана со вспомогательными и отделочными агрегатами, а 10 февраля этот цех выдал первую партию полос латунной меди. В марте 1942 года был закончен монтаж методической нагревательной печи и мощного прокатного стана горячей прокатки в первом прокатном цехе. Предприятие вошло в строй действующих.

С этого времени прокат цветных металлов с маркой Орского завода стал поступать на военные предприятия страны. Свои усилия коллектив направил на рост выпуска продукции, снижение ее себестоимости, повышение экономической эффективности производства. Поток проката становился все более мощным, полновесным.

Коллективу Михайловского завода ОЦМ поручили выполнение особо ответственного задания: организовать производство биметаллического проката. Из имеющегося оборудования для этой цели можно было использовать только прокатные клети и методическую проходную печь, предварительно модернизировав и приспособив их. Все вспомогательное и отделочное оборудование было доставлено с Коль-чугинского завода ОЦМ и частично сделано самими михайловцами. Вторая половина ноября ушла на наладку этого оборудования, проверку запроектированных режимов технологии и освоение рабочими приемов нового производства. С первого декабря 1941 года завод начал промышленный выпуск патронного биметалла и до конца войны обеспечивал таким прокатом оборонную промышленность. В сентябре — начале октября 1941 года на стройплощадку Верхне-Салдинского завода по обработке цветных металлов прибыло два эшелона с оборудованием, эвакуированным с ленинградских заводов “Красный вы-боржец”, имени Ворошилова и Кольчугинского завода ОЦМ. Исключительно большую работу провел коллектив рабочих и специалистов треста “Прокатстрой” по строительству Верхне-Салдинского завода. Особенно следует отметить Алейникова (начальника треста), Надеж-дина, Бельковича, Милованова, Азаренко и других. Благодаря организованности и четкости работы строителей и монтажников уже к концу февраля 1942 года на заводе начал действовать литейный цех, а к концу марта предприятие стало выпускать патронный прокат.

Нелегок был путь кольчугинских металлургов и их семей до Балхаша. Только через 36 суток первый эшелон с людьми и оборудованием прибыл на казахстанскую землю. Трудности в Балхаше начинались, как говорится, с порога. Не хватало жилья, многие поселились в землянках, бараках. Приехавших из Кольчугино рабочих и их семьи размещали, где только было возможно: в клубах, школах, красных угол-к ах. Многих эвакуированных балхашцы брали к себе, уплотняясь в своих квартирах. Чуткость и забота, проявленные руководителями медного завода, всеми балхашцами, помогли кольчугинцам преодолеть все невзгоды, выстоять в самую трудную пору.

Окончание монтажа нового завода по обработке цветных металлов намечалось на 15 февраля 1942 года. В кратчайшие сроки надо было освоить производственные мощности. Руководство предприятия во главе с директором И.Е.Шаровым в своей деятельности опиралось на коммунистов. Партийная организация, возглавляемая парторгом ЦК ВКП А.Ф.Евсеевым, направила всю идейно-политическую работу на сокращение сроков ввода в действие нового завода. Большую помощь молодому коллективу в освоении введенных мощностей, в устройстве быта на новом месте семей приехавших рабочих оказывал Балхашский городской комитет партии, секретарем которого был А.И.Неклюдов.

Зима выдалась суровой, и людям, плохо одетым, приходилось трудиться при температуре 40—45 градусов мороза. Работая в невероятно тяжелых условиях, испытывая всяческие бытовые лишения, строители и монтажники по несколько суток проводили в здании будущего завода.

Темпы монтажа и сегодня поражают воображение своей стремительностью. Трехвалковый прокатный стан, который в 1928 году в Кольчугино монтировался под руководством немецких специалистов 8 месяцев, в Балхаше установили за 12 дней! В феврале вступили в строй плавильные и термические печи, основное и вспомогательное оборудование. В апреле завод выдал первый прокат.

Не было работы, которую бы не освоили женщины, выполнявшие нормы на 120—150%. А ведь в цехах они составляли почти половину коллективов. И сегодня на предприятии помнят отжигалыцицу Л.И.Борисову, подручную вальцовщика Е.Ф.Галкину, вальцовщицу П.И.Жидкову, электромонтера З.Г.Чайкину, резчицу М.И.Казанину, травилыцицу Е.Р.Манееву, литейщицу А.Ф.Ведерникову. За 1943— 1945 годы балхашским прокатчикам 17 раз присуждались классные места в соревновании предприятий по обработке цветных металлов.

В первые три месяца Великой Отечественной войны ленинградские заводы по обработке цветных металлов “Красный выборжец” и имени Ворошилова работали, используя неэвакуированные производственные мощности, несмотря на частые воздушные тревоги, возросшие трудности в снабжении топливом и материалами. В первые же дни войны с завода “Красный выборжец” ушли на фронт более тысячи рабочих, инженерно-технических работников и служащих, в том числе почти все коммунисты и комсомольцы. 326 красновыборжцев вступили в народное ополчение. На заводе имени Ворошилова из 1500 человек, работавших до войны, оставалось только 800. На всех участках пришлось работать сверхурочно. Кроме продукции основного профиля, оба завода выполняли заказы по заданию командования Ленинградского фронта и обкома ВКП (б).

С приближением фашистов к Ленинграду и резким сокращением подачи электроэнергии Ижорский завод перестал производить стальные трубы, необходимые для изготовления минометов. На выручку пришел коллектив “Красного выборжца”, в кратчайшие сроки освоивший прессование стальных труб на мощном гидравлическом прессе. А когда стало недостаточно электроэнергии для работы гидравлических прессов, механик Ведмецкий с несколькими оставшимися слесарями восстановили десятки лет неработавший небольшой трубопрокатный стан, и красновыборжцы освоили прокатку стальных толстостенных трубных заготовок. В невероятно тяжелых условиях, полуголодные люди дали сотни тонн стальных труб и трубных заготовок для производства минометов.

Пока была электроэнергия, завод имени Ворошилова освоил и выпускал снарядные пояски, пиротехнические снаряды, минометные взрыватели, а вскоре по заданию командования военно-воздушных сил Ленинградского фронта организовал правку пропеллерных лопастей для военных самолетов. 22 ноября 1941 года фашистские армии подошли к Волхову, разрушили энергетическое кольцо Ленинграда. На обоих заводах по обработке цветных металлов остановились все энергоемкие агрегаты, не было освещения в цехах.

Электроэнергии нет, а работать надо! И здесь выручила смекалка тружеников девятого цеха. К прессу, на котором правили самолетные лопасти, они пристроили в качестве рычага длинную трубу, в нее “впрягались” люди и приводили в движение винт пресса. В труднейший период блокады Ленинграда на заводе имени Ворошилова было восстановлено столько пропеллерных лопастей и собрано пропеллерных винтов, что 802 самолета смогли снова вступить в бой с фашистскими стервятниками.

Кабельный завод “Севкабель” получил задание на выпуск остро необходимой фронту кабельной продукции, но не мог его выполнить из-за отсутствия медных вайербарсов. Большое участие в организации их производства из остатков катодной меди приняли главный инженер Д.Г.Бутомо, инженер-технолог Я.В.Кутепов и другие.

Вскоре и завод “Красный выборжец” не стал получать нужного количества электроэнергии, иссякли запасы мазута, угля и кокса, но оба завода продолжали помогать фронту: при свете керосиновых ламп красновыборжцы штамповали стальные шлемы, делали алюминиевые фляги, детали ракет и гранат; приводились в движение на несколько часов в сутки лишь самые необходимые вытяжные и вспомогательные прессы. В неотапливаемых цехах рабочие грелись у коробов, в которых сжигали остатки угля и кокса, с трудом собранные на складах. Сотни ослабевших рабочих всех заводов почти ежедневно выходили на строительство оборонительных рубежей и баррикад в черте города.

До самого прорыва блокады на заводы сыпались сотни тяжелых фугасных снарядов и тысячи “зажигалок”, причинявших большие разрушения. Только на территории и в цехах завода имени Ворошилова разорвались 2 авиабомбы, 101 артиллерийский снаряд и более 350 зажигательных бомб.

Бойцы команд ПВО обоих заводов, большинство которых составляли женщины и молодежь, постоянно дежурили на основных объектах заводов, отважно боролись с пожарами, выполняли другие работы по противовоздушной обороне.

Как уже отмечалось, в период эвакуации и восстановления заводов по обработке цветных металлов создалось тяжелейшее положение с обеспечением фронта и оборонных предприятий прокатом цветных металлов. В то же время на ленинградских заводах “Красный выборжец” и имени Ворошилова оставалось большое количество готовой продукции и полуфабрикатов незавершенного производства. Чтобы частично облегчить положение, в Ленинграде была создана специальная бригада ответственных работников заводов, в задачу которых входило организовать эвакуацию готовой продукции на Большую землю. В эту бригаду от “Красного выборжца” входили Е.М.Лекарен-ко, И.Н.Кузьмин, М.Ф.Баженов, от завода имени Ворошилова Л.С.Мурин, В.Е.Приходько и другие. Благодаря четкой и самоотверженной работе этих и других людей в апреле 1942 года было эвакуировано с “Красного выборжца” более 3,5 тысяч тонн готового проката и 8 тысяч тонн цветных металлов, а с завода имени Ворошилова — более 1200 тонн готового проката и полуфабрикатов незавершенного производства из алюминия и его сплавов.

К концу блокады Ленинграда оба предприятия оказались практически без специалистов, сильно поврежденными от систематического артиллерийского обстрела и налетов вражеской авиации. К тому же с “Красного выборжца” были эвакуированы в Кольчугино 11 электроплавильных печей, все гидравлические прессы и трубоволочильное оборудование. Залечивание нанесенных тяжелых ран, восстановление оборудования и постепенное оживление производства началось с 1944 года, а работы по реконструкции — только после полной Победы над фашизмом.

С огромной энергией трудились в военные годы многие тысячи рабочих, инженерно-технических и руководящих работников промышленности по обработке цветных металлов. Благодаря их самоотверженной работе выпуск проката цветных металлов в 1943 году превысил довоенный уровень.

Важным направлением работы предприятий отрасли явилась борьба за экономию металла и замена некоторых видов проката цветных металлов менее дефицитными. Бывший в ту пору председателем Госплана СССР Н.А.Вознесенский в труде “Военная экономика СССР в период Отечественной войны” привел такие данные: замена высоколегированных никелевых и молибденовых сталей, применявшихся при производстве артиллерийских систем, сталями-заменителями, не содержащими никеля и молибдена или содержащими их в значительно меньшем количестве, сделала возможной ежегодную экономию более 3 тысяч тонн никеля и 600 т ферромолибдена; перевод изготовления бронебойных снарядов с никелевой стали на хромистую дал экономию 7 тысяч тонн никеля; производство гильз патронов для пистолетов-пулеметов, переведенное с латуни на биметалл, обеспечило экономию 1,5 тысяч тонн латуни; выпуск винтовочных патронов, частично переведенный с биметалла на железо, позволил сберечь 12 тысяч тонн биметалла; в производстве самолетов за этот же период была достигнута экономия более 30 тысяч тонн алюминиевого листа за счет перехода на изготовление многих деталей из авиафанеры1.

Целям экономии, хозяйского отношения к народному добру служила и созданная в предвоенные годы промышленность вторичной переработки металлов. Большую роль в обеспечении цветными металлами нужд обороны сыграла эта отрасль. В стране действовало два предприятия по переработке вторичного сырья — в Харькове и в Москве. Но уже в начале войны Харьковский завод оказался на временно оккупированной территории, прекратили работу и москвичи.

В период острого дефицита металла, нехватки рабочих рук, оборудования, сырья, различных вспомогательных материалов необходимо было срочно организовать и наладить работу предприятий по переработке вторичного сырья. Тем более, что процесс получения металла в этом случае обходится гораздо дешевле, чем производство его из руд, на добычу которых требуется большое количество трудовых, энергетических и других материальных затрат.

На Урале в срочном порядке были созданы два новых предприятия Вторцветмета: Верх-Нейвинское и Сухоложское. В августе 1941 года на фронте и в тылу налаживается сбор лома и отходов цветных металлов. 7 ноября 1941 года Верх-Нейвинский завод начал выпуск вторичного алюминия.

Большая часть сырья поступала на предприятия непосредственно с фронта. Это были разбитые самолеты, стреляные пушечные и винтовочные гильзы, различное взорванное военное и промышленное оборудование. На Верх-Нейвинском заводе во время войны было переплавлено более 2000 “мессершмитов”, “хенкелей”, “юнкерсов” и других сбитых вражеских самолетов.

На протяжении всей войны коллективы предприятий вторичной цветной металлургии делали все от них зависящее, чтобы металл, полученный в процессе переработки трофейной фашистской техники, как можно скорее отливался в оружие, карающее тех, кто послал на нашу землю смерть, горе, разрушения.


Читать далее:



Статьи по теме:


Реклама:




Главная → Справочник → Статьи → БлогФорум